Заметки Дяди Фёдора

Моя Сибирь. Енисейск

Цена на пиво. Конец XIX-го века.

«А вот до революции корова стоила три рубля» — эту фразу каждый из нас слышал в своей жизни не один раз. При этом подобное заявление всегда делается в форме раскрытия некой сакральной информации («Вот Вы не знаете, а я знаю»). В связи с чем родилась сумма «3 рубля», и к какой эпохе она относится, мы вряд ли когда-нибудь выясним.
«Откуда Вы почерпнули эти сведенья? Когда именно «до революции», в каком году? Какие были тогда зарплаты?» — я всегда задаю эти вопросы хранителю тайного знания. И на этом дискуссия, как правило, заканчивается. Ведь аспект цен весьма важен с исторической точки зрения и не приемлет штампа «три рубля».
Согласитесь, безумно интересно рассмотреть историю отечественного пивоварения через призму ценообразования. И на этот раз мы прибегнем к трём экспонатам из красноярского музея истории пивоварения – это прейскуранты, датируемые периодом 1875 – 1890 годов.

Первый документ – это прейскурант винам и другим напиткам в магазине потомственного почётного и степенного гражданина Алексея Софроновича Баландина в Енисейске

Портер английский продавался за 1 рубль 65 копеек, а эль Империал стоил 2,00 рубля за бутылку. Цена на портвейн при этом 2,00 рубля, на коньяк — от 1,75 до 2,25 рубля, на ром – от 1,65 до 2,50.
Мы видим, что привозное английское пиво продавалось на уровне элитных алкогольных напитков, и оно проникало каким-то образом в глубь страны. А между тем, расстояние Санкт-Петербурга до Енисейска – 5300 км. Пиво доставляли из Лондона в столицу, а это около 2700 км, а затем везли как-то в Енисейск. Население города в эти годы составляло около 11 000 человек.  Не так уж и много.
Насколько показательны эти цифры? Тут следует сделать одну историческую ремарку. Енисейск в период с 1840-1860 годов был центром золотопромышленного промысла России. Треть добычи всего золота в стране приходилась на Енисейскую губернию. Но мы рассматриваем период, когда добыча золота упала, а также сократился пушной и рыбный промысел, и начался отток населения. Тем не менее, спрос на такое дорогое пиво был, иначе невозможно объяснить смысл столь длительной и непростой транспортировки.
А чьё именно пиво продавалось в Енисейске? На этот вопрос ответит прейскурант иностранных вин погреба Ивана Фёдоровича Дудинского, существовавшем в этом же городе в 1875 году. По 1,80 Иван Фёдорович продавал эль и портер Лекок за бутылку и по 90 копеек за полубутылку.

Простого пива в погребе не содержалось, привозные сорта стоили на уровне дорогих вин. «Лекок» лично мне говорит о пивоварне «Barclay Perkins». Возможно, кто-то задаст себе вопрос, как это сделал я: «А не в Юрьеве ли уже варилось это пиво?» Так вот, нет, не варилось. A. Le Coq купил пивоварню «Tivoli» в Тарту лишь в марте 1912 года.
Стало быть, в Енисейске в конце XIX века пили именно лондонские портер и эль. Занятно.
Что такое имперский портер (стаут) мы знаем, но вот что такое «Эль Империал»? Что скрывается за этим названием? Был ли это IPA? Почему нет? Ведь «Barclay Perkins» выпускал и IPA в это время. Но утверждать о том, что за вывеской «Империал» подразумевается именно IPA, пока рано.

И ещё один документ следует рассмотреть. Это – прейскурант 1890 года кушаньям и напиткам на пассажирских пароходах братьев Каменских. Буквально пару слов об этих пароходах и братьях.

Григорий Козьмич и Фёдор Козьмич Каменские — пермские купцы, которые после нескольких удачных лет речных грузоперевозок в 1865 году основали Пароходство братьев Каменских и начали осуществлять перевозку пассажиров между Пермью и Нижним Новгородом. Первые пароходы назывались «Иоанн», «Михаил», «Александр» и «Василий» в честь сыновей братьев.

Через какое-то время к ним добавились ещё 10 пассажирских пароходов — «Фёдор», «Григорий», «Отец», «Сын», «Усердный», «Дядя», «Рион», «Бушуев», «Наталья» и «Марианна». Некоторые источники утверждают, что рейсы из Перми в Нижний Новгород были ежедневными.

Перед нами прейскурант с парохода «Отец». На обратной стороне карандашом выведен счёт.

Фёдор Козьмич Каменский уже умер в 1883 году, но название пароходства, как мы видим, осталось.
Вчитаемся в строчки и цены.

Перед нами открывается интереснейшая картина. Включено два дорогих сорта – «Портер иностранного разлива» по 1,85 р. и 1,20 р. за бутылку и полубутылку соответственно, а также «Эль Английский» по 1,85 р. и 1,15 р. Цены на уровне портвейна, хереса или мадеры.
Но самое занятное тут ещё и то, что поставщиком напитков является торговый дом «Братьев Елисеевых».

В связи с этим не могу не привести небольшую цитату:
«Средний брат Григорий Петрович (1804-1892) играл ведущую роль в руководстве фирмой. Обладая большим коммерческим чутьем, он сумел наладить поставки лучших товаров непосредственно от производителя. С этой целью он, первым среди Елисеевых, начал вести обширную переписку на иностранных языках с известными заграничными предпринимателями. Масштабы его сделок по тем временам были просто поразительными. Он закупал товары целыми кораблями, не боясь при этом приобретать помимо самых ходовых, популярных продуктов, и новые или малознакомые российскому обществу. Все это позволило фирме наладить свою торговлю практически во всех «главнейших провинциальных городах», снабжая их разноообразной гастрономией, винами, фруктами, чаем, кофе, прованским маслом и даже дорогими гаванскими сигарами.

Для доставки своих товаров в Россию елисеевская фирма в 1845 году приобрела в Голландии три специально оборудованных парусных судна: «Архангел Михаил», «Святой Николай», «Конкордия». Позднее собственностью фирмы стал и один из лучших пароходов того времени — «Александр II».

Григорий Петрович Елисеев

Но поскольку эта торговая «флотилия» успевала за год сделать только два рейса, Григорий Петрович стал арендовать подвалы и склады непосредственно на месте производства винодельческой продукции: в Бордо, Хересе, Опорто, на острове Мадейра. Кроме того что это вино надежно сохранялось там до будущей навигации, эти места были удобными перевалочными пунктами для других «колониальных товаров».
К 1850-м годам фирма Елисеевых завоевала мировой авторитет. Многие известные торговые дома Франции, Испании, Португалии старались установить с нею прочные связи. Не последнюю роль в их стремлении играло и то обстоятельство, что российские предприниматели, в отличие от многих других, вели расчеты в основном наличными деньгами. Обилие предложений от зарубежных поставщиков позволяло Елисеевым «Делать строгий отбор среди товаров, широко браковать их и требовать от заграничных домов вин лучших урожаев».

Были случаи, когда Григорий Петрович скупал в некоторых винодельческих провинциях Франции всю продукцию одного урожая и, после выдержки и розлива вин в собственных подвалах, поставлял их в Лондон, Нью-Йорк или в те же Бордо и Опорто. Это происходило тогда, когда вина известных сортов и сроков выдержки становились на заграничных рынках большой редкостью. Таким образом, вывозя из европейских стран высококачественное сырье, Елисеев перерабатывал его в готовый продукт и с большой выгодой, теперь уже за валюту, продавал его обратно в Европу, приобретая для себя тем самым помимо капитала, мировую популярность и высокую репутацию.»

А вот ещё одна цитата:

«За десятилетие с 1886-1896 гг. фирма Елисеевых перевезла в Россию в свои винные погреба иностранного вина в бочках 845 977 пудов или около 1.200.000 ведер, в среднем ежегодно по 120.000 ведер, что составляло 22, 7 % от общего привоза в Россию вина; шампанского — 560. 160 штук бутылками, а в среднем — по 56.000 бутылок в год или 10 % общего привоза шампанского! Кроме того, Елисеевыми было ввезено 183.948 бутылок различного иностранного вина и ликеров, 293.140 бутылок иностранного пива и портера.»

До недавнего времени чуть ли не единственным известным мне импортёром портера был «A.Le Coq». А выясняется, что и Елисеевы, обладая, своим собственным флотом, занимались поставками английских сортов, аж до участка «Нижний Новгород – Пермь». Но вот чьё именно пиво они поставляли, пока неясно. Зато у нас появляется направление, вектор в наших будущих исследованиях.

Мы видим также, что на борту продаётся ещё и местное пиво, в 6-8 раз дешевле привозного. С какого завода было это пиво? Сомнений тут нет и быть не может. У нас есть две подсказки по этому поводу:

Ну, во-первых, мёд под номерами производил пивоваренный завод «Новая Бавария», основанный в 1886 году в Санкт-Петербурге.
А во-вторых, директором Правления Санкт-Петербургского Общества пивоварения «Новая Бавария» был сын Григория Петровича — Григорий Григорьевич Елисеев. Логично, что «Братья Елисеевы» распространяли пиво «Новой Баварии» через свою дистрибуцию, как сейчас бы сказали. А у жены Григория Григорьевича Марии Андреевны в девичестве фамилия была Дурдина.

Формально участие Елисеевых в совместном проекте с Дурдиными под названием «Новая Бавария» говорит о том, что Елисеевы вписались в него параллельно и по причине прибыльности импорта элитного алкоголя и британского пива в т.ч. А нам предстоит выяснить, откуда именно осуществлялись поставки, и был ли тогда в России наряду с портером распространён IPA.

2,241 просмотров всего, 6 просмотров сегодня

1 комментарий к “Цена на пиво. Конец XIX-го века.”

  1. Иван:

    Сейчас бы эту продукцию сравнить с современным алкоголем.

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: